Личная охрана глазами бойца. Непридуманные истории

Цикл публикаций «Непридуманные истории» расскажет об охранной отрасли от первого лица. Все имена, адреса, географические названия изменены, а любые совпадения являются случайными.

Зачастую сотрудник отдела кадров, рассматривая кандидатуру на должность личного охранника или водителя-телохранителя для первого лица компании, интересуется причиной увольнения с прежних мест работы. «Уволен по собственному желанию», «по сокращению штатов» и другие статьи ТК мало что скажут. Только после личной беседы, проверки информации по прежнему месту работы и множества других уточнений вырисовывается примерная картина морально-психологических качеств кандидата на работу в личной охране. Нам хотелось бы выделить наиболее типичные для телохранителей и персональных водителей причины ухода от прежнего работодателя.

Сергей, опыт работы персональным водителем, личная охрана первого лица – 20 лет:

– В самом начале моей карьеры возил одного деятеля. Сережа, говорит, едем спокойно, не нарушаем, и так ладошкой по плечу хлопает, мило улыбаясь, типа все под контролем, приятель. Опыт работы персональным водителем уже был и, вспоминая тот период, скажу, что более чем на уровне. Так вот, прямо как в фильмах про вампиров, через 20 минут поездки милый на вид шеф неожиданно превращается в монстра. Используя ненормативную лексику в мой адрес и в адрес охранника, шеф начинает объяснять, как мне проехать на красный свет светофора, как правильно пересечь двойную сплошную и что наша дорога всегда главная. В моменты стояния в пробках охранник, сидевший справа от меня, выскакивал из машины и пытался распихать впереди стоящие автомобили. Иногда это получалось, иногда его посылали трехэтажным матом, иногда из машины высовывалась рука и протягивала ему 100 рублей. Виталик, так звали охранника, очень обижался, когда пассажиры автомобилей не замечали и не ценили его усердия, однако безумные крики и оскорбления в свой адрес от шефа воспринимал как должное. Подобного глумления я не вынес и на второй день написал по собственному.

Олег, 38 лет, опыт в личной охране 1-м номером – 10 лет, ветеран боевых действий:

– Мой был любитель повеселиться. Всю ночь кутежи, тусовки. Драки и разборки тоже бывали, но мне за это деньги платят, поэтому шефа всегда привозил домой целым и невредимым. Даже когда в ресторации объект закуривает и хватает официантку за причинное место, я не отказываюсь решать вопросы со службой безопасности и территориальными нарядами, вызванными администрацией. Благополучно увожу клиента в номера. Другой вопрос, когда ты с клиентом в автомашине вдвоем и, не дай бог, попадаешь на полицейский рейд. Там уж точно не отмоешься, если в машине обнаружат порошок белого цвета. Не хотел рисковать репутацией.

Алексей, 41 год, личный охранник, бывший сотрудник МВД:

– Были и те, кто не платил. У моих это выглядело в виде штрафных санкций, когда по итогам месяца ты понимаешь, что твоей заработной платы хватит на несколько порций доширака. У других это просто объяснялось задержкой зарплаты. Когда тебе зарплату выдают месяцем позже, ты уже никуда не денешься с этой подводной лодки: либо будь готов попрощаться с месячным довольствием, либо судись. Все это было похоже на филиал психиатрической лечебницы – люди бегали за своей зарплатой неделями. Я просто ушел. Подарил месяц работы.

Сергей, ветеран боевых действий, опыт в личной охране 1-м номером – 10 лет:

– Самый замечательный клиент был тот, который даже не знал, что у него есть личная охрана. Парень лет сорока ни разу и не посмотрел в нашу сторону за все время работы. Ни здрасьте тебе, ни до свидания. Как-то перед Новым Годом на Арбате наш клиент совершал покупки, когда к нему попыталась подвалить подвыпившая троица громил. Ребятам нужен был просто драйв и налицо было желание поглумиться над невзрачным ботаником. Охрану они заметили, когда оказались уже на земле, а наш ботаник как ни в чем не бывало продолжил свой поход по бутикам. Так вот, за два года работы я получил несколько действительно хороших премий и смог позволить себе купить однушку в ближайшем Подмосковье. Потом наш ботаник уехал работать за границу. Больше мы о нем и не слышали.